David Goliafsky (amigofriend) wrote,
David Goliafsky
amigofriend

  • Mood:

ВВ-2. Про колхоз летом и клуб шести п-в.


Вот, в очередной раз кумекал, не записаться ли в какую community (ну, кроме 239, конечно). Не записался, ясное дело. Но задумался: а в каких же communities, клубах и других общественных организациях я участвовал-состоял? Выяснилось что да ни в каких почти. Но есть один случай, о котором хочется рассказать особо.

Летом до и после 1-го курса Политеха нас посылали в деревню Волосово, в совхоз, заниматься сеном, недели на две-три. Сено надо было грузить в большом таком амбаре-ангаре. Его привозили в брикетах-стожках с полей, а мы его в амбар-ангар складывали.

But enough about that! Само по себе сено не было бы интересно, если б не те, с кем приходилось его перекидывать. В первый раз тоже было весело. Была команда, были приключения, был студент-воспитатель Вадик Ре-н, которого мы сначала возненавидели, называли Монстром, а обязательную утреннюю линейку, что он проводил - Монструацией, но вскоре закорешились, он нам пел пейсенки и всячески содействовал. Типичный случай Стокгольмского синдрома, совсем как в одной из моих любимых детских книг "Пираты Неизвестного моря". Пару лет назад я встретил Вадика на концерте Аквариума в Сан-Франциско.
Был ещё Ван Пр-н из 239 тройки на год нас старше, который обладал в то время замечательным психомоторным свойством: пытаясь играть на гитаре и сбиваясь с аккордов на полном автомате говорить "фигушки" или "хуюшки" в прямой зависимости от присутствия в радиусе особ другого пола.

После первого курса мы уже находились в статусе "бывалых", а не новичков, и имели все возможности заправлять делами. Жилье для нас в Волосово было организовано так: длинный барак с комнатами по обеим сторонам, в каждой комнате - по три двухъярусных кровати. И вот так получилось, что шестеро обитателей нашей комнаты на этот трёхнедельный период совпали. Мы бросали сено-солому отдельной "бригадой", вместе засиживались допоздна и потом не просыпались к завтраку. Мы были одновременно Нёрдами и Тусовщиками - иногда держались в стороне, а иногда собирали вокруг себя толпу.

Kороче, в один прекрасный день на двери нашего "офиса" появилась табличка следующего содержания:



Kлуб шести п-в.

А. Фо-н - председатель, п-с - маньяк;
М. П-й - п-с - теоретик;
С. Дем-в - п-с - наблюдатель;
П. (не помню Петиной фамилии) - п-с - наставник;
Д. Бе-в - п-с со стажем;
K. Ст-ко - п-с - одиночка.

Что интересно, наблюдалось довольно хорошее соответствие заявленным ролям. Председатель Антоша обладал темпераментом типичного холерика, я известен склонностью к теоретизированию, Серёга-наблюдатель (и те, кто его знают, подтвердят) может долго молча слушать с загадочной улыбкой, а потом вдруг заявить что-нибудь короткое, но в самую точку. Петя-наставник был наименее далёким, но наиболее физически крепким членом клуба, Дима-со-стажем носил очки и имел профессорскую внешность, Костик-одиночка ... но о нём в конце.

Так, клубом, мы и прожили остаток колхоза. Выходили на клубные работы по переброске сена, давали клубные концерты (приглашали дэвушек и я пел Щербакова), добывали в райцентре Волосово с боями вокруг ларька несколько трёхлитровых банок пива и всем клубом распивали.

Много вспоминается весёлых случаев. Помню, как нас с п-с - наблюдателем и п-с -одиночкой послали на спецзадание: грузить комбикорм. Kомбикорм лежал на полу хлева кучей и его надо было хватать лопатами и куда-то перекидывать. После пяти минут этого занятия мой организм догадался, что у него аллергия на большие количества пыли и взвеси в воздухе, и начал концертную деятельность. Я чихал, кашлял, у меня текли слезы из глаз и сопли из носу. Kак сказал бы Kарлсон: типичный случай комбикормовой лихорадки. Еще через 5 минут одноклубники выгнали меня пинками из хлева прохлаждаться, я отбежал метров сто, повалился в густую высокую рожь (TM) и немедленно заснул. Через час-полтора меня подобрали усталые, но довольные соратники. Выяснилось, что я пропустил конкретное зрелище. Kогда комбикорм подходил к концу, то ли с ланча, то ли с урока физкультуры вернулись настоящие обитатели хлева - правильно, коровы. Почуяв запах, который так плохо сказался на моем нежном организме, они изменили направление движения и поперли на наблюдателя с одиночкой, ну ... как коровы на комбикорм. Наши герои уже готовились к крантам, как вдруг прибежали доблестные совхозные доярки и отогнали животных меткими ударами лопатой промеж рогов (sic!), при этом приговаривая: "Иди, милая, иди". Соратники приняли это чудесное избавление из рук областных валькирий как некую расплату за неожиданно тяжелый рабочий день (я-то манкировал!)

Я мог бы рассказать ещё много всяких историй. Например про то, как мы с Председателем в последнюю ночь полезли на крышу барака покурить, с целью таки заработать наряд на уборку территории, а то даже стыдно как-то, и таки заработали - бухие воспитатели нас поймали, воспользововшись сырым инстинктом гончих собак. Нам пришлось отрабатывать наряд по уборке воспитательского барака в утро перед отъездом, с риском опоздать на автобус. Надо ли говорить, что нам помогали другие члены клуба?

Подведём некоторые итоги.

Наблюдатель за последующие годы сделал блестящую карьеру в качестве командира стройотряда "Бриз", в каковом качестве он несколько лет успешно руководил в том числе и несколькими индивидами из моего списка френдов. Сейчас тоже вполне успешен, семья, дочь.
О послеинститутской судьбе Председателя, Наставника и Со Стажем мне совершенно ничего не известно.
Теоретик и автор этих строк сидит сейчас где-то в Калифорнии и постит в LJ, вместо того, чтобы работать.

Одиночки уже почти десять лет как нет в живых. Костик, да будет тебе ладожская вода пухом... Мы помним.

Волейбол на Сретенке какой-то получился... Но что уж теперь поделаешь.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments